О моем папе

О моем папе

Я ДАВНО ПОНЯЛА, ЧТО КОГДА БЫ НЕ УХОДИЛИ ИЗ ЖИЗНИ НАШИ РОДИТЕЛИ, МЫ СТАНОВИМСЯ СИРОТАМИ. И неважно, нам 5, 10, 20, 50 или 70. Так безусловно любить, так искренне прощать и так преданно проникаться нашими смешными надуманными проблемами и глобальными жизненными кризисами не будет больше НИКТО и НИКОГДА.

Моего папы уже нет с нми уже несколько лет… Но он навечно жив в моих воспоминаниях…

Я маленькая-прималенькая. Мы гуляем в пшеничном поле. За ним лесопосадка. Закат. Папа говорит: “Там у солнца гнездышко. Оно ложится спать. Утром снова встанет и будет светить”. И я так прошу: “Папочка, пойдем-пойдем посмотрим на его домик”. “Нет, давай не сегодня. Уже поздно. В следующий раз”. И я до сих пор стремлюсь туда, через пшеничное поле, к солнцу…

Папа спрашивает: “Что тяжелее тонна кирпичей или тонна ваты?”. “Тонна кирпичей, конечно”, – не задумываясь, отвечаю я, недоумевая, почему же это неправильный ответ.

Я маленькая ем вишни из большой эмалированной миски. Вместе с вишнями, глотаю и косточки. А чего напрягаться – так удобнее Папа: “Ты что! Так нельзя! Представляешь, косточка прорастет и на голове вырастет большое вишневое дерево! И как ты будешь садиться в троллейбус?” Уж куда образнее!

Боже, как я плакала. С тех пор глотать косточки – да ни за что! До сих пор выплевываю.

Красное спелое яблоко с дымчатым налетом прямо с яблони, горячий солнечный аромат в малиннике, саранча на веточке, жук-олень, который может перегрызть палочку, ежики в клубнике, бабочка павлиний глаз на стене глинобиткой сельской хаты, хомячок в руковичке, купленный без маминого и бабушкиного на то позволения… Все, все пришло в мою жизнь от него!

Я не помню свою маму до того, как пошла в 1-ый класс. Она не обижается и  всегда смеется, когда я говорю об этом. “Конечно, я стирала, убирала, готовила, пока вы там мир исследовали. Как же такое запомнить!”.

Последние годы папиной жизни были очень тяжелыми. Я приняла его уход совершенно спокойно, как тотальное освобождение… Я никогда не рыдала над могилкой. Не рыдается. Моя история не об этом. Есть другая связь. Эта связь с отцом проявляется во всем. Он спускается ко мне в моих медитациях в образе Ангела Хранителя, я вижу его улыбающееся лицо и чувствую незримое присутствие тогда, когда мне это необходимо.  В меня вбиты его гены, во мне течет его кровь, в меня впечатано его мироощущение, внешне я его маленькая копия в женском варианте. Все мои способности и таланты, умение ценить произведения искусства, любовь к миру природы и чувствование себя его частичкой – все от него!

И кто больше всего ухаживал за прикованной к постели бабушкой (маминой мамой!)? Папа. Бабушка больше всего доверяла именно ему и именно к нему обращалась с просьбами в последние годы своей жизни.

Мой папа был невероятно талантливым человеком: художником-самоучкой; строителем, который построил дом, но никогда и нигде этому не учился;  садоводом-любителем? Спортсменом по призванию и образованию. Все, что он делал – делал с любовью, и результат всегда превосходил ожидания. Но даже при этом ему не все удалось раскрыть и реализовать, уж очень нелегкой была его судьба и непростыми выпавшие на его долю испытания. Но, видимо, и в этом есть некий замысел… Я с благодарностью приняла эстафету…

Корзина пуста.

x

Подписаться на рассылку